Новости

Выжившие в Холокост: Елизавета Гейзер-Ган

Я родилась 17 марта 1937 года в Одессе. В июне 1941 года, когда началась война, мой отец и старший брат были мобилизованы на фронт. Старшая сестра с дочкой эвакуировалась в Сталинград, а мама с тремя детьми: Маня -16 лет, брат Боря — 15 лет и четырехлетняя я, не успели эвакуироваться.

Когда, в конце августа, немцы захватили Одессу, всех оставшихся евреев собрали вместе и колонной погнали в Домановский район Николаевской области.

По малолетству я помню только, что было очень жарко. Я все время хотела пить и есть, и не могла больше идти. Колонна растянулась на много километров, меня по очереди несли на руках старшие дети и мама. Сколько времени мы шли, я не помню. Помню, как пригнали нас в село Богдановка, там был совхоз и свиноводческий, конечно, было много свинарников. Нас «поселили» в этих свинарниках (свиней уже не было).

Постепенно согнали до 40 тысяч евреев. Не кормили, но разрешили ходить по деревням и просить продукты, или менять что-то на еду.

Так длилось, пока не наступили холода. Стояли жуткие морозы. Мы лежали на цементном полу. Нам было очень холодно. Теплой одежды не было. Мы страшно голодали — менять уже было нечего. И мама поняла, что мы все равно погибнем — или замерзнем, или умрем от голода, или нас расстреляют.

Книга воспоминаний

Книга воспоминаний

Тогда моя мама, Гейзер Эстер, приняла отчаянное решение: взяла меня, 4-хлетнюю и пошла в соседнее село, за 7 км, на хутор Виноградный сад. Она ходила от дома к дому, становилась на колени просила: «Возьмите мою маленькую девочку, спасите от смерти, может это вам удастся, и она станет вам дочкой». Но кому в то время нужен был еврейский ребенок, и как его спасти, если в селе знают, сколько куриц у кого, и сколько они завтра снесут яиц.

И все-таки нашелся один смелый человек, Блануца Петр Иванович (пусть земля ему будет пухом) У него не было своих детей и он сказал: «Я возьму эту девочку» А его жена, Блануца Христина Гавриловна говорит: «Мы не спасем ее, а себя погубим, да и мало ли сейчас русских сирот »Но он сказал: «Нет, только эта девочка будет нашей дочкой».

Мама стала целовать им руки и учить меня, чтобы я называла их папой и мамой, и никому не говорила, что у меня есть другая мама.

Меня искупали, посадили на теплую печь, дали белый хлеб, молоко, мед и я согласилась остаться. Пока я отогревалась и утолила голод, все было хорошо, но потом я очень затосковала по маме и заболела. У меня была очень высокая температура, я была без сознания, бредила. Мама приходила два раза, ей давали продукты и сказали, чтобы она больше не появлялась, если хочет, чтобы я здесь осталась, так как я больна и лечить некому, а иначе пусть забирает меня с собой.

И моя мамочка пообещала. Но все же она пришла последний раз, постучала в окно, меня ей показали со спины, дали продукты. Больше мамочка моя не приходила.

В январе-феврале 1942-го начались расстрелы. В одно морозное утро пришел полицай, его фамилия Рожко, и приказал отдать меня на расстрел. Плакали мои новые родители, просили оставить, уговаривали: «Кому она мешает, кому от нее зло?» Ничего не помогло. Он забрал меня, еще нескольких взрослых и отвез на хутор Богдановку на расстрел.

Я сидела на подводе и все видела: как раздевали очередную партию людей, ставили над оврагом и стреляли. Они падали. Тогда подводили следующих. Овраг был глубокий и большой — от свинарников до реки Буг Южной.

Сколько шел расстрел, столько в Буге вода была кровавая. Один крестьянин из нашего села, увидел меня на возу, нашел коменданта, привел его и стал просить отпустить меня, уверяя, что Я не еврейка, что мои родители — русские и погибли под обстрелом. Не помню, что он еще говорил ему, но комендант спросил меня, где мои родители. Я ответила, что на печке сидят. Он долго смотрел на меня и ска¬зал: «Везите девочку домой».

Этот крестьянин — Михаил Чеботай, привез меня домой и отдал моим новым родителям. На следующий день, я отогрелась и говорю им: «Вот вы, папа имама, отдали меня на рас-стрел, а вот дядя Миша Чеботарь не отдал». Они оба зашлись в истерике.

Но вечером пришел полицай, забрал папу на конюшню и там ему дали 25 шомполов за то, что он посмел взять еврейского ребенка. Его принесли домой, кожа на спине висела клочьями, месяц он не мог встать, мама его еле отходила. Так я у них и осталась.

Но расстрелы прекратились, осталось в живых несколько десятков евреев. Их разместили в селах в небольших гетто. У нас в селе его сделали в курятнике. Меня опять забрали, теперь в это гетто. Папа ночью пробирался в курятник, и приносил что-то поесть мне. Потом папу угнали в Германию. А мама была инвалидом, у нее не сгибалась нога, так как она переболела туберкулезом кости.

Когда потеплело, она доходила до канавы, которой огородили гетто, и бросала мне немного еды. Я тихонько подбирала ее. Так продолжалось до марта 1944 года, когда село освободила Красная армия.

По наводке полицая, меня еще два раза пытались расстрелять, но видно меня охраняла душа моей мамочки. Я осталась жить.

В 1948 году, моя учительница, повела меня в сельсовет и там меня записали на фамилию Блануца, дали отчество Петровна и выдали метрику. Но до этого учительница в сельсовете взяла справку, на случай, если меня будут искать отец или родственники.

Об этой истории знал весь район и область, потому что после войны, очень много людей писали нам письма и приезжали на меня по-смотреть. Я прожила в Виноградовом Саду до сентября 1952 г. Потом уехала учиться в Одессу.

В 1955 году меня разыскала моя старшая сестра Розенфельд Шейдла и брат Гейзер Михаил. Своих приемных родителей я очень любила и пока они были живы, я не эмигрировала.

Отец, Блануца Петр Иванович, умер в 1957 году, а мама, Блануца Христина Гавриловна — в 1988 году.

Сейчас я — Ган-Блануца-Гейзер Елизавета, живу в Нью-Йорке и являюсь гражданкой США.

Очень прошу записать в праведники моих приемных родителей: БЛАНУЦА ПЕТР ИВАНОВИЧ, 1898 г. рождения и БЛАНУЦА ХРИСТИНА ГАВРИЛОВНА, 1898 г. рождения. Они заслуживают этого, не только потому, что спасли меня. Они помогли еще трем еврейским девушкам пережить ужасы войны и помогали нашим военнопленным. О них можно написать роман.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: