Новости

Освобождение концлагеря Аушвиц-Биркенау в Освенцине

Анатолий Шапиро

Анатолий Шапиро

Мне было 32 года, когда я, командир батальона 106-го стрелкового корпуса, вошел в страшный концлагерь. Сейчас весь мир знает, что фашисты уничтожили там миллионы людей, в основном, евреев.

Сейчас мне 92 года. Уже тринадцать лет я живу в США. И одиннадцать лет я выступаю по радио, телевидению, в печати, рассказывая о том, что видел собственными глазами в концлагере Аушвиц-Биркенау — на этой крупнейшей нацисткой «фабрике смерти». Но не только воспоминания о концлагере тревожат меня. Больше всего меня возмущают послевоенные фабрикации антисемитов, извращающих историю уничтожения людей в Аушвиц-Биркенау.

На второй день после нашего освобождения туда прибыла советская чрезвычайная государственная комиссия. В составе комиссии были Илья Эренбург, Алексей Толстой, большая группа известных врачей и судебно-медицинских экспертов. Фашисты не успели уничтожить все следы своих злодеяний. В моей памяти сохранился факт о найденной книге, где с немецкой педантичностью регистрировались вагоны с людьми, подлежащими уничтожению сразу по прибытию в концлагерь. Эти вагоны были в составе каждого из поездов, прибывавших в концлагерь из Латвии, России, Украины, Польши, Литвы. Заключенные, оставшиеся в живых, рассказывали, что в каждом вагоне было не менее ста человек. По этим и многим другим данным комиссия установила, что в концлагере Аушвиц-Биркенау было уничтожено более трех миллионов человек.

Потом в прессе я читал заметки и статьи о работе и выводах этой комиссии. Будучи одним из освободителей концлагеря, я всегда следил за публикациями о нем в советской прессе. За время правления президента Леха Валенсы (по его инициативе) число загубленных в концлагере уменьшилось в два раза: последняя названная им цифра — 1,6 миллиона человек. Он говорил, что трагедия Аушвиц-Биркенау — это трагедия не еврейского, а польского народа. Но всем известно, что девяносто процентов всех уничтоженных в концлагере были евреями. Сейчас здесь, в США, уже называется иное число жертв Аушвиц-Биркенау — 1 миллион 100 тысяч человек, в том числе 900 тысяч евреев.

Я спрашиваю: «Почему с момента освобождения концлагеря, а это шестьдесят лет, число загубленных постоянно уменьшается и с 3 миллионов человек опустилось до 1,1 миллиона? Кому это нужно?». Ответом на мой вопрос является то, что происходит сейчас в мире, — глобальный антисемитизм.

Я хочу разоблачить еще одну ложь. Бытует мнение, что город Освенцим и концлагерь Аушвиц-Биркенау были освобождены Советской Армией без боев. Это неправда!

После взятия города Кракова сопротивление немецких войск несколько ослабло. Но, по мере нашего приближения к лагерю смерти Аушвиц-Биркенау, их сопротивление начало возрастать. И мы, воины 106-го стрелкового корпуса, почувствовали это. Я не могу говорить обо всех воинских частях, двигавшихся в направлении города Освенцим, но о том, что выпало на долю моего батальона и всего корпуса, я рассказать могу.

В то время инициатива и силы были на стороне советских войск и временами немцы отступали без боев, но на подступах к лагерю немцы ожесточенно сопротивлялись.

Я вспоминаю один бой в двенадцати километрах от концлагеря. Нам предстояло взять деревню Костелица (так мне запомнилось ее название). Деревня была небольшой, по обоим ее сторонам возвышались два высоких костела. На колокольнях этих костелов нацисты установили пулеметы, из которых по наступающим советским войскам (в том числе и по моему батальону) велся шквальный огонь. Наши бойцы не могли даже головы поднять. Поле, расстилавшееся перед деревней, было полностью заминировано.

Наше наступление приостановилось. Дождавшись ночи, мы обошли укрепленную деревню и двинулись в сторону Освенцима по небольшому лесу, в котором также встретили ожесточенное сопротивление фашистов. Это было 25 января 1945 года. А 27 января мы вошли в концлагерь Аушвиц-Биркенау.

Я хочу, чтобы еще при моей жизни было обращено внимание средств массовой информации на вопросы, которые я поднимаю в этом небольшом рассказе как участник военных действий, командир батальона 106-го стрелкового корпуса 60-й армии. Я хочу, чтобы молодое поколение больше знало о злодеяниях фашистов в концлагере Аушвиц-Биркенау и об освобождении этого лагеря советскими воинами.

 

                       АНАТОЛИЙ ШАПИРО. Стихи.

ПАМЯТЬ ОБ ОСВЕНЦИМЕ 

От костров и от газовых камер

Понемногу развеялся дым.

И весь мир содрогнулся и замер,

Ужас призраком замер седым.

Много раз перепахано поле,
Много раз пронеслись журавли.
Только призрак страданья и боли
Все никак не уходит с Земли.

На послевоенной планете,
В предрассветной ее тишине,
В новом мире рожденные дети,
Вдруг кричать начинают во сне.

Ощущаю их ужас, немею…
То наследие, как горькая соль…
Не стихающей раной своею
Переходит в нас прошлого боль!

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: